|
Моя Россия |
|
БЕЛАЯ ЖЕМЧУЖИНА
Белую Россию — обуздали, Как же тяжелы порой оковы! Белую Россию — заковали, Вот и раздаются эти стоны.
Милая, как белая лошадка, Рождена летать по сине небу, А на ней висит опять упряжка, Так она и бегает по свету.
Ноша тянет, постоянно давит, Нелегка судьба у русского народа, Но душа там есть, она и манит, Широта, просторы — вот моя свобода.
Любушка, о Родина родная, Жизнь отдам я даже без смущенья, И земля настолько дорогая, Боженька, ну дай же нам терпенья!
Я не корчу, ни на что не претендую, Я люблю такой, какая есть, Я свою жемчужину родную Сберегу, поверьте, силы есть.
Вот моя любимая лошадка, Сколь веков несет все это бремя, Да, так тяжела моя упряжка, А как хочется подняться в стремя!
Полететь, о небо голубое! Птицей белою подняться над землею! Жизнь, о счастье, милое, родное, — Мы летим с тобою за мечтою!
ОКОВЫ
Как оковы от крови пылают, От колючей проволоки болят, Я теряю силы, оставляют, Ой, а раны рвутся и кровят!
Боль в душе за милую Россию, За многострадальный и истерзанный народ, За калину терпкую, стихию, За все камни, что усыпан огород.
Боль за слепость, что глаза мои затмили, За деревню, за поросший там ковыль, За ту грядку, что когда-то боронили, За ту горечь, что оставила полынь.
Боль за глупость ту, что раньше породили, За сестер и братьев, что вокруг, За ту грубость, что соседи натворили, За шальной тот передел, что вдруг.
Милый Господи, спаси нас от корысти, Дай нам мудрости и душу сохранить, Мы же видим свет, идем к той жизни, Я уверен, что наступит наш рассвет.
Посмотри, вон яблони в цвету все, Ой, а рожь, послушай, шелестит, Вон и аист, милый, мой на крыше, Прилетел, счастливый, и сидит…
ГОРДЫНЯ
Россия, милая гордыня! Непокоренная судьба! В твоих просторах — наша сила И целомудренность твоя!
Оковы вешали, склоняли, Но ты несла свой крепкий щит, Тебя стервятники кусали, Но ты орлом летала ввысь.
Ну что поделать, коль так в жизни, Все грузят тех, кто хоть везет, Так вот тебя мы нагрузили, О как непросто, но идет.
Прости, Россия, нам за слабость, Порою надо поддержать, Мы пропускаем даже наглость, Соседей чтоб не обижать.
Прости нас, Родина, отчизна, И дорогая сердцу мать, Ты выше всех, и в этом — сила, А гордость — Господу под стать.
Я ЛЮБЛЮ БОСЫМ ХОДИТЬ ПО СВЕТУ
Я люблю босым ходить по свету, На рассвете бегать по росе, И пускай озноб бежит по телу, Я в России, братцы, на коне!
Я, как ветер, тот, что сумасшедший, По просторам рву стерню, ковыль, А потом, как дуб ленивый, нежный, Одурманенный, все нюхаю полынь.
Я люблю в реке своей ласкаться, Утонуть в той нежной наготе, На волнах кочующих качаться, Убежать, укрыться в бирюзе.
Ой, Россия, Волга-мать родная! Ты любовь моя навеки, навсегда! Я лечу орлом, любовь большая, Ой как вольно дышится пока!
Убегу опять к своим березкам, Обниму, спокойно постою, И от счастья волю дам я слезам, Посмотри, Всевышний, я молю!
Я могу здесь вволю накричаться, Поднимаю руки и прошу, Я молю, любимый, хоть останься Посмотреть, как счастливо живу.
Я прошу, спаси лишь нас от бедствий, И без войн народы пусть живут, А меня спаси от сумасшествий, Ну а годы, что поделать, пусть плывут. Милый, дай немного насладиться, Дай босым я вволю нахожусь, Дай родной свободою напиться, А потом готов я и уснуть.
Ой, просторы милые, Россия! Вон деревня, милый отчий дом, Я люблю тебя, моя стихия, Даже если вьюга за окном.
СТАРУШКА
Старушка косит у забора, Вон вдоль околицы пошла, Она вся скрючилась, босая, Все стелет локоны коса.
Трава ласкает под ногою, Слегка сырая от росы, Я наблюдаю за родною, Остолбенел от красоты.
Картина — Пластову не снилась, Старушка, Родина и мать, Она к России наклонилась, Как Божья Матерь, помолясь.
Всю жизнь так бьет одни поклоны, Уже состарилась давно, А вечерами у иконы, Все плачет горько, тяжело.
Она оплакивает сына, Он больше года как пропал, Сидит, пыхтит вон у порога, Куда мой сокол ускакал?
Одна хозяйством заправляет, Сама начальница и раб, Косой так лихо задевает, Что струны на душе летят.
О как понять мне эту силу! Что бабы на Руси творят! Они косой, как Пластов, кистью, Одни лишь годы все летят.
А СЕРДЦЕ ТАК СТУЧИТ
Париж цветет, в каштанах утопает, Над Сеною туман, и изморось несет,
А я сижу в кафе, шампанское сверкает, Мне некуда спешить, и музыка течет.
Вот время — еще час, билеты на кармане, И дым от сигарет слезит мои глаза,
Немножечко грущу, но в целом я летаю, Что ровно через час уеду навсегда.
Как хочется домой! Сердечко уже пляшет, Оно давно грустит о доме дорогом,
О как же я все жду, что матушка мне скажет, Как милый возмужал за эти вот года.
Сижу, курю, дымок слегка клубится, Колечки вон летят, кайф голову кружит,
А скрипка так поет, как милая глумится, Но скоро самолет, и память бередит.
ПРОБЛЕМА
А фонари качают небо, О как кружится голова! Вино на пиво — это диво, А там уж точно трын-трава.
О, не ругай сегодня, мама, Я не смогу тебя понять, В душе моей нависла драма, Сегодня буду я гулять.
Ой как головушка буксует! Иду, шатаются столбы, А на кармане мышь кукует, Пропил последние гроши.
Я утонул в разгуле, пьянстве, Одна лишь мама терпит все, О как непросто быть в дурмане! А выходить — совсем дерьмо.
Проблемы лезут, не пойму я, Хотел расслабиться чутьчуть, Сам утонул, не помню имя, Ой, лучше вовсе бы уснуть!
СТАРУШКА С ПРЯЛКОЙ У ОКОШКА
Старушка с прялкой у окошка, Сидит, мечтает о своем, И на педаль все давит ножка, А в мыслях думает о нем.
Веретено в глазах мелькает, Уже с привычки, но бежит, А время — за окном листает, Года летят, оно спешит.
Глаза слипаются, чуть видят, И руки от морщин болят, Она практически не слышит, О как же пальцы те гудят!
Отца и сына схоронила, Все слезы пролиты давно, Одна скрипит, совсем остыла, Носочки вяжет все равно.
Она их столько навязала, И шлет, и шлет их по домам, Так детвору всю обласкала, И видит в них своих ребят.
А за окном кружится вьюга, И холод страшный на душе, И ей все кажется, что мерзнут Ее ребята вдалеке.
А прялка крутится со скрипом, Веретено рисует жизнь, Она уже с протяжным хрипом Не может даже говорить.
СТАРОСТЬ
Незаметно старость к нам приходит, Вроде бы вчера еще летал, А сегодня силы вон уходят, Да и в горле заскрипел металл.
Старый парк один лишь понимает, Вон дубы приветливо шуршат, А их скрип совсем не докучает, Два столетья, дружные, стоят.
Помню в детстве, как мы все играли, Там прошла и юность, и любовь, Мы рассветы, зори в нем встречали, Жизнь прошла, и стынет в жилах кровь.
Вот брожу, весь сморщился и мокрый, Моросит, но я плетусь туда, У пруда вот мост уже горбатый, Целовались мы с любимой в те года.
Тяжело, но сердце все же тянет, Ностальгия, молодость зовет, Милый парк грехи все отпускает, Он и силы хоть немного придает.
Неужели так давно все было? Вот смотрю, как будто бы вчера, Ой как на душе моей тоскливо! Так уснуть бы на скамейке навсегда.
ПОВОЗКА
Старик скучает на повозке, Телега едет вдоль реки, Лошадка старенькая тоже, Порой плетется в забытьи.
Осока сочная ложится, Из-подо копыта брызжет грязь, А он в сенной копне ютится, Слепни кусаются, как мразь.
Жизнь пролетела незаметно, Жалеет в жизни об одном — Что оказалось все бесследно, И сын погиб там, за бугром.
Ушла старушка раньше срока, Так от страданий умерла, И дом пустой, вон у порога, Соседка хоть бы что ль зашла.
Скрипит телега, чуть качает, Почти полвека уж трясет, Моя подружка лишь зевает, Тяжелый груз всю жизнь везет.
Аир бежит, вдоль речки вьется, Выпь поднялась, крик понесла, Повозка под гору плетется, Лошадка верная, вдова.
МОЛЬБА К ГОСПОДУ
Россия, бью тебе поклоны, Поверь, от сердца они все, Я помню те больные стоны, И моя песня — о тебе.
Ты в эпицентре всех событий, Сосед вон хочет укусить, А ты стрясаешь серый пепел, И продолжаешь лучше жить.
О, как бы взять, остановиться, Хоть за столетие разок, Хоть матерям, но повиниться, Смотреть в глаза, а не в глазок.
О люди, милые, родные! Вот на коленях я стою, — Давайте вспомним, дорогие, Про жизнь ту, грешную, свою.
Господь, прости, и левых ты, и правых, И тех, кто черный и слепой, Поверь, страдают все за правду — Но ту, что за своей душой.
Поверь, не вижу чужой правды, Ну помоги, дай разглядеть, И дай глоток от этой жажды, Я не хочу так умереть.
О где, родной, та справедливость? Где сотня заповедей тех, Я с половиной вон справляюсь, Еще чуть-чуть — осилю всех. Но, милый, ты оставь возможность Хотя б дышать через глоток, Иль дай Господню осторожность, Чтоб можно сделать хоть шажок.
А так уснем мы в покаянье, И жизни той не ощутив, Иль покажи хоть кто живет так, Мирскую похоть усмирив.
А если это плод иллюзий? Так дай немного слабины, Ну где же, милый, справедливость? Чтоб жить совсем так без нужды.
ВЕШНЕЕ НАСТРОЕНИЕ
Деревня — милое приволье, Куда ни кинь — кругом ковыль, Навозом пахнет, вот раздолье! И пахнет горькая полынь.
Ой, уголок моей России, Тут отчий дом, где вырос я, Здесь журавли кричат, родные, Курлычут, встретив вновь меня.
По носу силос бьет вон прелый, Девчата с дойки все гурьбой, Ой, красота, и запах спелый, И молочко там льет рекой!
А вот деревня, просыпаясь, Кричит с рассвета петухом, Она в росе вся извалялась, Туман сплошной ползет бугром.
Скрипит и кузница, очнулась, Цыган вон шубу прогулял, Продал последнюю подкову И на гулянке вновь застрял.
Гуляет вешняя природа, Немного грязь, но ерунда, Бежит вон старая телега, И бьют колеса гопака.
Любовь в деревне расцветает, Уходит талая вода, Россия — дом мой — процветает, А остальное — чепуха!
У ПЛАСТОВА
Степь бежит, бежит до горизонта, Рожь налилась, колос тот звенит, Ветерок качает, как на волнах, Шепот звонкий по небу летит.
Вот сентябрь принес свою прохладу, Вдоль оврагов по утру туман, Ну а рожь несет свою усладу И зерно все валит в закрома.
На полях стерня уже пылает, Дым слепит и лезет все в глаза, А грачи, те толпами летают, Целый день жируют от зерна.
Рожь сверкает в золотой палитре, Кисть у Пластова рисует бирюзу, А по небу тучи вон разлиты И плывут куда-то в синеву.
А вдали деревня затерялась, Но душа художника болит, Ой, с какой любовью жизнь ему досталась! Песня льется, и строка его летит.
Как душа художника пылает, Сколько чувств и трепетной любви! В руках гения картина расцветает, Мягко стелет нежные мечты.
МОЯ ДЕРЕВНЯ
Снег на деревьях серебристый Украсил ветви шапками, На солнце изумруд игристый Кругом сверкает красками.
Снежинки нежные кружатся, Летают хлопья в тишине, Они легко парят, ложатся, А лед трещит вон на реке.
Мороз, такой уж забияка — Готов за шиворот залезть, А я простой пацан — гуляка, Нет чтобы дома посидеть.
В деревне тишина, ни звука, Мороз немного поддавил, Сидят, попрятались, без шума, Дым вон из труб лишь повалил.
Пойду сгоняю хоть за Колькой, В хоккей нам можно поиграть, — Ну сколько прятаться за койкой? Пойдем в хоккей с тобой гонять.
Да мы хотели сделать клюшки, Ольха за речкою растет, А то давай вон до опушки На горбунках вдвоем катнем.
А хочешь, можем на салазках, Где кони быстрые стоят, Гляди в окно, природа — сказка, Ну, выходи быстрей гулять!
Иль что, вновь мамка наказала? В окне вон дырку проглядел, Ремнем, наверно, отстегала За наш вчерашний тот хоккей.
Ну сам штаны новье напялил, Я говорил: «Не фраери». Гвоздь на ноге вон след оставил, В глазах летели фонари.
Давай, иди, поной немного, Лед весь прозрачный и звенит, Хоть поклянись, что будешь долго Сам за водой теперь ходить.
Ой, а погода, словно сказка! И иней весь из серебра, Крещенье — праздник, вот и пляска — Мороз играет в казака.
УМНИКИ
Критики запутались в тех сплетеньях, Что Сергею вон икотой отдает, Умничают сами на коленях, В душу лезут, грязью обдает.
Взяли б сами что-то и создали, Легче языком по ребрам полоскать, Дело доброе легко ли заболтали? Благо, что историю сложнее затоптать.
А в России: Михалков, Бондарчуки и Кончаловский, Кто еще за матушку пойдет? От «Ночных дозоров» рвет уже, и только, В конъюнктуре рыночной нас бьет.
Бедная, любимая Россия, Матушка, за хамство нас прости, Любим мы тебя, и в этом — наша сила, Мы умнеем, дорогая, только извини.
Да, историю венчают поколенья, Сколько за одно столетье перемен, Боже правый, как проснуться, только не с похмелья И не стать бы проституткой для измен.
«Тихий Дон» нашли — вот поле брани, Зависть с жабой душит, мочи нет, Каждый мнит себя, что Божий он избранник, И его изжога — вот всему венец.
Гришку в голубые записали, Да плевать, он все-таки казак, Иль в степи над ними вы стояли? Нос себе измазали в соплях. Вот еще бы у Зюганова спросили, Эх, ментальность жизни, бытия! Сколь политиков за это время покосили, Ну теперь уж в коммунистах вся беда.
Нет, Россию не объять в картине, Но спасибо за попытку, за такой хоть шаг, «Тихий Дон» — вот гордость, наша сила, Сила духа — наш российский стяг!
«ГОЛОВА МОНАХА» И. КРАМСКОГО, 1871 г.
Что за думы удручают, милый странник? Иль несешь ты груз за целый век? А быть может, ты Господний сам избранник? Поделись со мною, милый человек.
Все лицо морщинками покрыто, И глаза глубокие грустны, Посмотри, в душе улыбка пробежала, Но груз тяжести не снимешь с головы.
Брови мудростью украсили твой образ, Ну и что, что мрачный, но живой, Ты ведь сам покинул светский город, Удручен ты был житейской суетой.
Облик твой немного строг, но откровенен, Пусть и мрачный, но настолько весь простой, Для простого человека он священен И судьбой подчеркнут непростой.
Ты не хочешь отвечать, ну что поделать, Видно, так устал от суеты, Да я сам хотел печаль свою поведать, Разогнать все непонятные мечты.
Подскажи, как жизнь свою облегчить, Вон предательство неверных и обман, Сын отцу готов и горло перерезать, А в мозгах все перепуталось, дурман.
Я же знаю, опыт твой бесценен, И мудрей тебя мне не найти, Только ты прости назойливость, мой милый, Собеседник мрачный, вновь приди!
ЭСТОНИЯ, ПАМЯТНИК РУССКОМУ СОЛДАТУ
О милый Таллин, что творится! Залив весь Финский подо льдом, О, мрак как давит, дьявол веселится, Бушуют бури за окном.
Всевышний, дай благоразумья! О Боже, люди, смерть идет! О как же больно от удушья А дьявол жмет, все жмет и жмет.
И что творится в этом мире? Народ Эстонии во тьме, Мы все святое растоптали, Захороненье вон в дерьме.
Ну ладно, рылом я не вышел, Ну что о людях там, в земле, Какое счастье, что хоть выжил, Я до сих пор кричу во сне.
Вон списки с плитами сорвали, Легли могилы под газон, Там наших братьев развенчали, О ужас, слышен крик и стон!
Ну где святое, что за люди? О Боже, свет померк — и тьма! О как достали вы Россию! Да ну вас к черту, навсегда!
Простите, люди, я рыдаю, Ведь там отцы за нас лежат, Я на коленях, и все плачу, Услышьте, люди, мой набат!
КРЕСТ
Сижу я в яме, пол бетонный, Лишь в вышине окно и свет, Какой сырой, какой холодный, Он ледяной, что мочи нет.
Я брошен в яму, как собака, Большевиками взят за крест, Его я водрузил, ребята, На тот утес, что выше всех.
Колени стер, видны вон кости, Еще и кровь порой течет, Чекисты взяли, — столько злости, Отбили почки, что печет.
Но на утесе крест остался, Не посягнули хоть сорвать, Туда народ идет молиться, Не грех за это и страдать.
Всевышний, дай немного силы Хоть пару дней мне устоять! Боюсь, порвут меня за жилы, А там и жизнь могу отдать.
О милый Бог, спаси Россию! Мою родную сердцу мать, О как люблю ее такую! Ну дай хоть солнце повидать!
Хочу подняться, сил вот нету, Вот на колени смог лишь встать, Поднял я руки к белу свету И милый образ увидал.
Прости, судьба, дай покаянья! Я крест поднял и водрузил, Пошли врагам моим проклятье, Мой пыл сражаться уж остыл.
А СЕРДЦЕ РВЕТСЯ В ОБЛАКА (Посвящается Н. Носкову)
О как Носков поет романсы, Что рвется стремя у коня! О да, ну можно надорваться, Куда несется жизнь моя?
Носков, как голос тот прекрасен, Поверьте, хочется лететь! Он новым образом представлен, В нем третья сила точно есть.
Поля, просторы и равнины, Там русский дух, моя душа, Надену точно мокасины И рвусь, и рвусь я вновь туда.
Туда, где Русь берет истоки, Где родниковая вода, Где журавли кричат весною, Где сердце рвется в облака.
С любовью ввысь взлетать, кружиться, Терять рассудок с головой, Потом в черемухе очнуться От соловьиной страсти той.
О Коля, ты почти Есенин, В твоих глазах — немного грусть, Воспрянь же сердцем и душою, Мой милый друг, не обессудь!
Я преклоняюсь на колено, Ну, пой же громче, соловей, О дай же Бог, чтоб голос вечно Звучал над Родиной моей.
О ЭТО ГОРЕ!
Волна легонько набегает, Мосточки вот почти в воде, А Волга вдаль все убегает, А жизнь промчалась, как во сне.
Старушка вниз плетется к речке, Тропинка стала зарастать, Она идет на те мосточки, Налет тех лет ополоскать.
Вон башмачки все прохудились, Что пальцы вылезли давно, Халат в лохмотья превратился, От ветра серый, как сукно.
Она вся скрючилась с годами, Уж сколько лет, а все одна, Мальчишек нет, все за горами, От слез вон высохла сама.
Вон чуть присела на колено И миску трет свою песком, А от волны бежит к ней пена, Она ласкает холодком.
О горе! Больно видеть это, Что сыновья вершат дела, А мать страдает их за это, И так умрет она одна.
О дай нам, Господи, ума чуть, Чтоб хоть родных нам защищать, Не надо мудрости, дай силы, Чтоб старикам так не страдать.
НЕ УВЯДАЙ, ЦВЕТИ, ГОРИ (Посвящается Л. Долиной)
Лариса, я вновь на коленях, Слеза смочила грусть мою, Опять в раздумьях и мученьях, Но голос твой боготворю.
Он, как набат, звучит порою, Порою льется соловей, Порою — иволга с душою, Он снится мне среди ночей.
Он, как глоток, весенний, свежий, Как аромат сирени той, Он, как жасмин, настолько терпкий, Что кружит голову с душой.
Любовь и страсть кипит, я знаю, Душа за многое болит, Но Вы — кумир наш, дорогая, О как же нежно он звенит!
Так пой, родная, согревай нас! И пусть дурманит и кружит, А жизнь прекрасная такая, И ты даруешь счастья миг!
Да, Вы кумир наш, дорогая, Звезда на небе голубом, И настоящая, большая, И нам светло, — совсем как днем.
В гламуре Вас не обваляли, Остались чистой, как родник, И гордость ту не запятнали, О как дурманит тот жасмин!
Цветок цветет на благо людям, Насколько нежно он пьянит, Пускай он счастлив, милый, будет, Не увядай, цвети, гори!..
РАЗВЕРЗЛИСЬ ХЛЯБИ НЕЗЕМНЫЕ
Медный глянец ползет по закату, Нагревает осеннюю стужу, Отчий дом прогоняет проказу, Воронье заливается в лужу.
Серый обморок вяжется с грязью, Трактора на жнивье утонули, Мужики перемазались дрянью, Зерновые с полями уснули.
Целый месяц сечет, как картечью, Все промокло, глаза онемели, Ой, уж лучше морозы, да с плетью, Да глаза на затылке ослепли.
Все деревни умылись в раздумье, На костях отбивают чечетку, Из ушей уже брызнули струи, Я на печку повесил решетку.
Надоели промозглые вести, Хоть бы небо рвануло тротилом, В синеве утонули закаты, А народ забавляется пивом.
В магазине — лишь ржавые банки, От горилки — пустые бутылки, Уже в картах упали все ставки, И жена разорвала простынки.
ТАМ, ГДЕ ИСТОКИ
Россия, где твои истоки? Где отчий край и милый дом, Россия, светлые чертоги, Где речка вьется за окном.
Бежит тропинка и пылится, От речки вьется к роднику, Вода там бирюзой искрится, Росинки стелет на траву.
Весной черемуха дурманит, О как бодрит адреналин! А соловьи всю ночь гурманят, О как сердечко там стучит!
В деревне, братцы, там — свобода, Лишь только там душа поет, Там есть начало для истока, Земля родная, мать, зовет.
О как там жаворонок льется, И свежий пот от той косьбы, Как васильками душа вьется, И неба столь голубизны!
Там опьянен, а не изранен, Там счастье льется через край, Там на ноги я был поставлен, В деревне — милый отчий рай.
Там, в деревушке, у окошка, Моя ворчливая судьба, Там образ мамы, вот икона, И по щеке бежит слеза.
ТЕПЛЫЙ ДОЖДИК (Посвящается Майе Кристалинской)
Вот и осень, немножечко грустно, По окну, как всегда, моросит, Жизнь торопит, как ни было б сложно, Она вдаль все куда-то спешит.
Воздух свежий, немножечко прелый, Открывает — и рвется в окно, Вдалеке мой любимый и нежный, И я знаю, он ждет все равно.
Ничего, я спешу на работу, Вот он плащ, и пусть дождь моросит, Это грусть по любимому плачу, Ну а время — оно пролетит.
Милый дождик, сырой, моросящий, Принеси ту слезу на щеку! Ой, как пляшет! Какой он звенящий! Расскажи о любви к пареньку.
Где ты, милый? Я жду тебя дома, Чуть промокла, но греет душа, Только помни, родной, я готова Полететь, как та чайка твоя.
Жду морозов, я знаю, ты едешь, Вот и сердце немного щемит, Я люблю тебя, милый и нежный, Посмотри, как та чайка парит.
Улетим мы с тобою в те дали, Как тогда, той весной, что цвела, А дожди пусть уносят печали, Небо чистое, как бирюза.
Вот и осень, и дождь моросящий, И на сердце немного печаль, Но я знаю, что едет мой нежный, Скоро буду его я встречать.
РОДИЛСЯ МАСТЕР, МЕРКНУТ ТУЧИ
Родился мастер, жизнь рисует, Жаль, в перламутровых тонах, Народ в экстазе вон смакует, Ой, это настоящий драйв!
Его несут как Рафаэля, Его картины — волшебство, А Маргарита — лишь виденье, В любви то счастье рождено.
Над кем смеемся, сам не знаю, Наверно, сам я над собой, Полсотни лет я понимаю, Ну а сейчас я пуст душой.
О человек, дитя вселенной. Тебе дано вершить дела! Но для истории ты — тленный, Рабом останешься всегда.
Ой, сохрани добро и счастье, Не растопчи ту тишину, Умри в любви от покаянья, Оставь младенцу доброту!
Не разжигай огонь безумства, Да лучше стань юродивым, Спаси ты ближнего от буйства, Не дай сгореть дотла живым.
Дай луч им солнца и улыбки, А то умрем с косым лицом, Пролей духовности росинки, О стань, Всевышний, нам отцом!
Родился мастер, меркнут тучи, Дай и ему чуть доброты, А я пусть буду невезучий, Но мир спаси ты от чумы.
О солнца луч, спустись на землю! Пробей все тучи, воронье, Согрей подснежниками душу, Приди, спокойствие мое!
ТЕПЛЫЙ ЯНТАРЬ
Сидит старик, и дым клубится, От сигарет позеленел, Он весь сутулится, зевает И от страданий почернел.
Уж сколько лет сюда приходит, На тот обрыв, где дуб стоял, Вот пару лет, как он сорвался С обрыва, — корни вон торчат.
Тот дуб, как память об усопшем, Там сын в Гражданскую погиб, О горе, дуб тот весь засохший! Упал, состарившись, лежит.
О Боже, нить он оборвал там, Он раньше память все хранил, Теперь во всем потерян смысл, Он веру в жизнь ту обронил.
Старик сидит, слеза скатилась, Она горька от той судьбы, Она от дыма просмолилась И как янтарь вон у воды.
Обрыв усыпан в янтаре весь, То слезы прожитых всех лет, Теперь янтарь хранит нам память, Руке тепло, горяч тот след.
Мы на обрыв приходим часто, Чтоб вспомнить всех своих родных, Янтарь ищу глазами часто, Чтоб помнить вечно дорогих.
ЗАПОЗДАЛЫЙ ГОСТЬ
Поздно ночью вернусь я усталый, Весь промокший, холодный, голодный, Я с работы — как гость запоздалый, Как бродяга стесняюсь бездомный.
Вон иду, заплетаясь, сутулый, Фонари ослепляют ночные, Я от жизни веселой — угрюмый, И давно уж совсем не красивый.
Вот околица, тени родные От березок бегут, озорные, Но молчат петухи заводные, А собаки все брешут чужие.
Лишь жена на крыльце ожидает, Сколько лет, а она все встречает! Уже поздно, вон видно — зевает, Но с любовью всегда обнимает.
Милый друг, как и прежде, скучаешь, Я же вижу, глаза покраснели, Все альбом фотографий листаешь, А слезинки звенят от капели.
Ну пойдем, дай умоюсь, родная, Ноги косит работа дурная, Ой как хочется есть, дорогая, Жизнь настолько, как видишь, чудная.
Верный друг, ты, как прежде, ласкаешь И на ушко все шепчешь тихонько, Две судьбы ты навечно сплетаешь, Вот и мы засыпаем спокойно.
МАЙСКИЕ ХОЛОДА
Цветет черемуха вдоль речки, А аромат меня пьянит, Забралась в воду по колено, С волной играется, стоит.
Вон кудри в воду опустила, Развеселилась на заре И с вольным ветром закружила, В любовь играет по весне.
Ох как тот воздух одурманил! Теряю голову свою, А ветерок подкараулил, Ворвался в душу он мою.
Бело кругом, в цветах сверкает, И соловьи всю ночь поют, Они нас с ветром забавляют И спать весною не дают.
Но ведьмы злые так ворчливы, Нагнали стужу, холода, И в мае снег, замерзли лужи, А снег метет, летит листва.
Им наше счастье докучает, И жаба гложет, вот беда! И как она лишь зацветает, Мороз приходит к нам всегда.
Цветет черемуха весною, Любовь и страсть приходит к нам, Она идет, не за горою — И песни льются по холмам.
ГОРЕЧЬ УТРАТЫ
Вон на холме грустят березки, И пять домов в рядок стоят, В окне старушка льет все слезки, Глаза все трет — они болят.
Вот так сидит — уж трудно вспомнить, Да сколько лет, а сына ждет, Живет одна и еле ходит, Вон вся скукожилась от грез.
Она, как верная подруга, Отца давно уж отвела, Он похоронен вон под дубом, Там, где обрыв, у родника.
Сестрички рядом постарели, Теперь на пару и сидим, Скамейки, правда, побелели От слез, что плачем мы навзрыд.
Вон хорошо, что у соседки Хоть раз и в месяц, но народ, Хоть так немного помогают, А то свалюсь я в огород.
Полынь горчит — судьба такая, Одной вот жизнь мне коротать, Одна калина мне родная, Полвека с нею нам встречать.
Ой, как дойти мне до обрыва, К отцу родному доползти? Боюсь, что упаду у тына, Да нет и сил совсем идти…
ДЕРЕВНЯ — МИЛАЯ СТАРУШКА
Вон деревушки показались, А то леса, кругом леса, А вон березки разбежались, От перелесков лишь коса.
А бабы сено там стогуют, Подол, как парусник, летит, Канюк летает, все кочует, А рожь по полю вон бежит.
Колосья шепчут, песня льется, Зерно звенит, вот-вот дойдет, А вон к реке дорожка вьется, Ой, эта Русь с ума сведет!
Здесь детство милое промчалось, Здесь мы гоняли голубей, А вон сирень — мы там влюблялись, Потом рожали все детей.
Так мы любили и крестили, Росли и строили дома, Потом гуляли, изменяли, С соседом дрались до утра.
А вон и церковь показалась, И колокольный слышен звон, Там мы с любимой повенчались, А люди создали приход.
Деревня — милая старушка, Привет, родная сторона, А на душе теплей, подружка, Я снова дома у себя!
ОТЧАЯНЬЕ
Калина красная в тумане, Осенний дождь чуть моросит, Она пылает и дурманит, И терпкий вкус слегка горчит.
Прошли морозы, вновь ненастье, Туман окутал все поля, Мое лишь мрачное участье В той жизни сложной бытия.
Вот отчий дом, здесь все родное, Здесь все понятно для меня, А жизнь — создание шальное, Чуть отойдешь лишь от плетня.
Корысть, обман, одна рулетка Вращает судьбы и крошит, И лишь душа одна — минетка, Она спокойствие сулит.
Да ну их к черту, эти скачки! От суеты в глазах рябит, И я не раб, зачем мне стачки? Трибуны пыл давно остыл.
Отстаньте, все равно уж тошно, Не лезьте в душу вы ко мне! Поверьте, мне настолько больно, И отдыхаю лишь во сне!
Калина красная пылает, Она горит как та звезда, Там отчий дом, он ждет, ласкает, Калина сладкая всегда!
ОТЧИЙ ДОМ
Россия, мать! О, Родина, родная! Вот уголок, где Русская земля! Вон деревушка, милый домик с края, Чертополох порос кругом плетня.
Прошло пять лет с той осени тяжелой, И мамы нет, но память все жива, Ее здесь каждый кустик помнит доброй, Вон и березки плачут у крыльца.
О, жизнь сложна, летит неумолимо, Куда бежать? Полтинник за спиной, Порой удача пролетает мимо, Но нет милее Родины родной.
Остановись, о чудное мгновенье! Дай я коснусь до стен своей щекой, И вот Господь — о жизни той виденье, И я уж плачу, но с тобою весь душой.
Скрипит журавль у старого колодца, Вода как лед, что зубы аж свело, А вон скамейка покосилась у оконца, И куст калины терпкой надо мной.
Дай посижу, а то слегка дурманит, Налью стакан граненый дополна, А спирт так жжет и горло обжигает, Полынь горчит — настойка хороша!
Ой, от калины скулы даже сводит, Но пусть горчит, — и капает слеза, Я посижу, и память вновь приходит, О как плывет, кружится голова!
Немного хмель наводит меланхолье, Судьбы страницы в памяти парят, О как люблю родное я приволье! И счастье здесь, а там лишь дни летят.
Россия, мать, дай шанс судьбу исправить! Вернусь с семьей, детей я привезу, Ведь я же сильный, и могу поправить, Пока не поздно, — к вам опять приду.
Земля чуть шепчет, слышу, дорогая, Вернусь, поверь, к полям моим, лугам, К березкам милым, верь же мне, родная, Я буду верен тем своим словам.
СКРИП
О как скрипит и душу греет! Я утопаю в той тиши, Лишь только он скрипит и млеет, И шепчет мне опять в ночи.
Диван от мамочки остался, Почти полвека отслужил, С отцом с похмелья забавлялся, Любовь он нашу все хранил.
Вот и опять слегка ворчливый, Скрипит и будит детвору, Ой, старичок ты мой сварливый, Ну дай прогнать ты нам тоску!
На нем любовь и страсть пылали, А он нам пел в мерцанье звезд, Мы вместе пили и рожали, И он будил от мрачных грез.
О сколько времени уж пролетело От коммуналки до дворцов! Он все хрипел, родное тело, И согревал от холодов.
А вот пружиночка чуть колет, Продрался драп, слегка пылит, Он темно-красный и заводит, А пух летит, так пусть летит!
Тогда мы не были богаты, Ну и плевать, была любовь! А балдахины и палаты Вернули мрачность тех веков.
О как то пенье мне родное, Из гаража его несет, О, было время золотое, Любовь и страсть меня зовет!
СТЕПЬ
Поля, поля, полынь чернеет, Звенит в ушах, слезят глаза, На колокольне трос редеет, О как звенит, что льет слеза.
Вся степь в кошмарном сне пылает, А эскадрон гусар летит, Меня в повозке чуть качает, Я сильно ранен, кровь бежит.
Остановите, что ли, братцы, Зачем трясти? Судьба пришла! Вон положите хоть у ивы, Там Дон течет, но жизнь прошла.
Попал под саблю со звездою, В чело наотмашь прилегла, Поручик, дай вздохну душою, Ой, не трясите, боль сильна!
Вон облака в глазах поплыли, Какое небо, синева! О кто б шампанского налил бы, А там проститься — не беда!
Поручик, дайте, милый, кружку, Глоток хмельного ощутить, Я за Россию, за старушку, Хочу я тост ей посвятить.
А там — летите, вороные, Неси, повозка, в никуда, Кругом вон лица все чужие, Где отчий дом — горят хлеба.
ВОТ И ДОМА
Зазвенели первые капели, Журавли по небу вон летят, На проталины, родные, захотели, Жизнь несет, а милые парят.
Обласкали все мои просторы, Вон по небу кружатся, кричат, А сердечко пляшет от той трели, Я в России, дома у себя!
Сердце пляшет, бьет свою чечетку, А душа в романсах расцвела, Наконец-то я увижу маму, И черемуха вдоль речки зацвела.
Как мне часто снились эти рощи! Ой, а как там пели соловьи! Вдалеке мне снились глаза тещи, И текла сгущенка из реки.
Я скучал, скучал, мои родные, И мне очень одиноко в том краю, Но весной я возвращаюсь, дорогие, Вот и дома я, в своем краю!
БЕЗДОМНАЯ
Сидит бездомная, читает, Уж столько лет — один сюжет, Она и книгу не листает, Один лишь образ создает.
Фингал под глазом вон сверкает, Она все милостыню ждет, Копейка в баночке блистает, Уж скоро холод их прижмет.
Вот и опять сидит, зевает, Уже и руку убрала, На лбу вон кепка засыпает, На банке надпись там, слеза.
Копейки редко, но бросают, А вот и тысяча легла, Она лишь взор свой поднимает И вдруг сгорела со стыда.
Стоит мужчина, правда, хмурый, В карман зачем-то вновь полез, Достал он паспорт, сам унылый, Вон тянет руку — там протез.
Глядит в глаза, сама не верит, Ой, неужели сын пришел? А слезы катятся, боль режет, Как будто в сердце вбили кол.
За что, судьба, ты бьешь жестоко? Ой, это сын, какой позор! Она упала навзничь больно, И сын с ней рядом, под забор.
Его немного откачали, А та старушка умерла, И не сказав, как жизнь страдала, Теперь с отцом она легла.
С тех пор старик сюда приходит, Уж сколько лет стоит, молчит, Он даже в храм и не заходит, Лишь только плачет и сидит.
Прими, Господь, его страданья И дай душе его покой, И дай, мой милый, покаянья — Он инвалид, с чужой рукой.
ВЕСНА В РОССИИ
Расцвел подснежник на опушке, А вешний воздух — ледяной, И ветер рвется по макушкам, Мороз ночами той порой.
Цветок любви расцвел весною, Пробил ночную корку льда, А журавли, над головою Курлычут, милые, всегда.
Они опять домой вернулись, Как блудный сын, перегуляв, Они к любви своей стремились И судьбы в страсти повенчав.
Весна ворвалась к нам в Россию — Ковры подснежников цветут, И лишь березки вдруг всплакнули, Слезинки сладкие бегут.
О, свежесть сока их дурманит, Слегка, немножечко бодрит, Березки, милые, все манят, Созрел тот плод, — они цветут.
Туманы к маю пропадают, А цвет черемухи пьянит, А аромат меня дурманит, И соловей всю ночь кричит.
Весной — любовь и всплеск эмоций, И страсть лавиною бежит, И соловья тот голос звонкий, Что сердце, милое, стучит.
ВЕРБНОЕ В СМОЛЕНСКЕ
С утра звенит на колокольне — Сегодня Вербное, поют, А у меня при этом звоне Сердечко пляшет тот салют.
Колхозный рынок все буксует, Колбаски надо прикупить, Кагор с конфетами фасуют, Родных мне надо помянуть.
Зайти в собор, поставить свечку, Немного молча постоять, Трамвай стучит уж через речку, Собор Успенский вон видать.
Смоленск немножечко сопливеет, Дождь моросит, смывает снег, Туман висит, и сердце стынет, Взлетаю, точно белый стерх.
Собор священный и могучий, Стоит так гордо предо мной. А я так рад, удался случай, Дать Божьей Матери поклон.
Что говорить, но сердцу легче, Душа немножечко болит, Но здесь крестился я в далеком детстве, И этот храм всегда манит.
Мне камень каждый здесь знакомый, А вот плита, где я сидел, Здесь дух родной, настолько теплый, И я в Смоленске поседел.
СМОЛЕНСКИЙ ЗВОН
Смывает дождь следы чужие С тех мостовых, что служат век, А эти камни — мне родные, Они видали слезы рек.
Смоленск — он гордый, величавый, Мой милый город, он живой, А он настолько мной любимый, Я слышу стук на мостовой.
Я с ним всегда веду беседы, Он столько может рассказать, Он видел слезы, страх и беды, Он может раны показать.
Смоленск звенит, набат взлетает, И колокольный слышен звон, Со всей округи долетает, По тем векам я слышу стон.
Прими поклон, герой России, России-матушки моей, И дай, Господь, побольше силы, Воспрянь, великий, вновь душой!
Дай землякам побольше хлеба, Дай за страданья солнца им И дай сиянье красок неба, Дай счастья в дом, моим родным.
Смывает дождь следы чужие, Смоленск звенит в колокола, По мостовой спешат родные, Вот мы и вместе, как всегда.
СМОЛЕНСКИЕ КУПОЛА
Постой, ямщик, дай отдышаться Да сам коней вон напои, Я не могу никак расстаться, — Пошли знакомые дворы.
Уж третьи сутки мы в дороге, Коней так можно и загнать, Мы у Смоленска, на пороге, Дай хоть коням чуть подышать.
Бегут застенчиво березки, Ну, здравствуй, мой любимый край! Вон и Кардымовские слезки, Ямщик, смелее погоняй!
А сердце, чуточку колотит, Дыханье с трепетом звенит, Я чуть встаю и еду стоя, Сердечко милое болит.
Глаза бегут до горизонта, Вон купола уже горят, А ниже Днепр горит от солнца, А звонари опять звенят.
Ой, тот набат, он режет сердце, Знакомый звон, он душу рвет! Я вновь в родном своем Смоленске! О как душа моя поет!
Я, как орел, поднялся в небо, Мой милый город, я с тобой! Вот и оно, то наше лето, Тебе я верен всей душой!
РУССКИЙ ДУХ
Побежали избы вдоль опушки, Ой, Россия, милый отчий дом! А мороз украсил все макушки, Ой, искрится нежным серебром!
На Крещенье весь народ гуляет, Украшают тройку вороных, С ветерком умчимся, погоняем, Погоняем мы собак чужих.
Ой, а как звонят на колокольне! На душе малиновый трезвон, Да, у церкви — милое приволье, Вон купаются, что шум над родником.
Русский дух витает над деревней, Здесь народ гуляет и поет, В этом сила сельских наших корней, Сила той души, так мне родной.
Зазвенел протяжно колокольчик, Тройка мчится, снег слегка клубит, А собаки во дворе наводят шмончик, Батя кости с кабана вон нарубил.
А мороз трещит, как забияка, Уши, нос кусает, заводной, Он январский озорной гуляка, Брови, бороду раскрасил бирюзой.
Вдалеке вон гармонист играет, А народ гуляет и поет, Ой, как душу мне все это согревает! Хочешь, сам пойду я в пляс, и босиком? |
МОЯ СУДЬБА В РОССИИ
Россия нас с тобой венчает,
И тройка борзая летит,
А колокольчик напевает,
Сердечко милое стучит.
Вон купола зажгли все небо
И озарили дальний путь,
Но мне темно, о дайте света,
Взлететь на небо хоть чуть-чуть.
Звонят церква. Великий праздник.
Господь нам небо осветил,
А я женюсь, гуляю свадьбу,
Шампанским море я пролил.
Ты так чиста, как ангел Божий!
Идешь вся в белом, ослепив,
Ты мой цветок, настолько нежный,
Что я колено преклонил.
Дай руку мне, мой ангел милый,
Готов всю жизнь тебя носить,
Твой образ юный, столь красивый,
Мое он сердце покорил.
Она припала на колени,
Слезинка по щеке бежит,
Меня целует, льются трели,
Так на коленях мы стоим.
А батюшка твердит молитву,
Нам от волненья и не встать,
Вот так в любви и сильной страсти
Он нас задумал повенчать.
МОЯ ПОДРУГА
Бежит, легонько напевая,
Журчит вода вон у плетня,
Из родника она, сбегая,
Несется к Волге, жизнь моя.
Россия, славная Отчизна!
А Волга — матушка моя.
Там, на пригорке, — вон деревня,
И отчий дом, семья вон вся.
Березки, милые подружки,
Шумят, кудрявые, листвой,
Они собрались все на горке,
Обрыв красивый над рекой.
Одна совсем вон наклонилась,
Того гляди, что упадет,
Да и моя жизнь покатилась,
Совсем седой, и сердце жмет.
Сентиментальность появилась,
При слове «Родина», грущу,
А вспомню маму, слезы льются,
Быстрее к дому все спешу.
За сыновей переживаю,
Вон щеки белые от слез,
За легкомысленность страдаю,
А мысли спутались от грез.
Была вот юная — гоняла,
Все танцплощадки оббегу,
Так морячку на грудь упала,
А он пропал в ту синеву.
Ой, помню, мамочка ругала,
И плеть ходила по спине,
А я характер в ход пускала,
Прости хоть, милая, теперь.
Ну хочешь, встану на колени,
Ну, дурой глупою была,
Нет в мире ближе и роднее,
Чем мама милая моя.
Да вот березки, мне сестрички,
Любимый край, мой отчий дом,
И те кудрявые косички
Судьбу гоняют на паром.
Уж сколько лет, а все надеюсь,
Корабль белый с моря жду,
Но видно, скоро успокоюсь,
Ну а пока я все гляжу.
МОЯ ДЕРЕВНЯ
Стелет мягко, мягко простынею,
Протянулся нежно вдоль реки,
И туман пополз вверх за стернею,
И зажглись вечерние огни.
Коростель трещит слегка тоскливо,
Навевает грустную печаль,
День закончен, вот слегка уныло,
Ну а мысли улетают к милой вдаль.
Я сижу, немного развалившись,
На скамеечке, березку вон подпер,
А журавль скрипит, чуть покосившись,
А за речкой ребятня палит костер.
Вот намаялся, глаза уже кумарят,
Равновесие, спокойствие в тиши,
На окраине лишь бабы вон судачат,
Выпь кричит, куда-то все спешит.
Ой, от дома запахи доносит,
Мама жарит, шкварочки шипят,
Вот слюну глотаю, что-то просит,
От картошки запахи летят.
От тумана легкая прохлада,
Так свежо, и пахнет чуть жнивьем,
И лишь изредка с коровника — отрада! —
Пахнет свежей унавоженной землей.
Это милое мое приволье,
Отчий дом России дорогой!
И я здесь король, и вот раздолье,
Как прекрасно отдохнуть опять душой!
ГРУЗ ОТВЕТСТВЕННОСТИ
О как люблю тебя, Россия!
Мой уголок с калиткой у плетня,
Там отчий дом, и в этом — моя сила,
Пускай скрипит, то милая земля.
Ну вот они, березки дорогие,
О как поют, склонились до земли,
Они же нежные, такие мне родные,
Вон побежали дружно вдоль реки.
Тропинка вьется, стелет прямо к дому,
Слегка пылит, пока не заросла,
Она бежит к родному мне порогу,
Чуть покосился, и ступенька прогнила.
Он что-то шепчет, стены постарели,
Венцы растрескались от холода, от стуж,
И косяки давно уж побелели,
Они все ждут своих любимых рук.
Мой дом, вот милая Россия!
Как хочется остаться здесь и жить,
Колоть дрова, носить траву — моя стихия!
Но груз ответственности тянет, как мне быть?
ЗА ЛЮБИМУЮ РОССИЮ…
Разойдитесь, березки, пошире,
Станьте в круг, дайте небо увижу,
А глаза как слепятся при свете,
Пенье птиц, дорогие, я слышу.
Слава Богу, до рощи дополз я,
До любимых и милых подружек,
А теперь умереть и не больно,
Все равно вон врагом я окружен.
А в глазах замелькали раскаты,
Как на Волге кружились с любовью,
О, какие там, братцы, закаты!
Я кружился с любимой весною.
Жаль одно, что там дети остались,
Да жена, ой, глаза голубые,
На войну я ушел, мы расстались,
Где же кони мои вороные?
Как бы соколом в небо подняться,
Стать орлом волевым и могучим?
Не хочу я с землей расставаться,
Соловьем стану вечно поющим.
На рассвете будить тебя буду,
Прилетать на сирень у окошка,
Но тебя, жизнь моя, не забуду,
Я зажгу луч тот счастья от солнца.
Я с утра нежно стану ласкаться,
В твоих кудрях, смущенный, укроюсь,
И как прежде мы будем смеяться,
На восходе росою умоюсь.
Убежим, как всегда, мы на речку,
Ту, что с детства всегда нас ласкала,
И, ребята, не ставьте мне свечку,
Соловьем та душа моя стала.
Я лежу на земле, как подняться?
Мысли путают душу больную,
Но придется, наверно, остаться —
За Россию, за землю родную.
ЛЮБИМОЕ СЧАСТЬЕ — ВОСХОД
Люблю я проснуться еще до рассвета,
Немного понежусь и встречу зарю,
А матушка кружит, вот лучик мой света,
Она уж ласкает посуду свою.
А в окна к нам лезет весеннее солнце,
О, дай приоткрою, сирень там цветет,
О, дайте мне свежесть, я лезу в оконце,
Соловушка, милый, всю ночь там поет.
О, брызги шампанского пролиты краски,
Сирень с ног сшибает — шальной аромат,
А я обомлел, побывал, словно в сказке,
И голову кружит пьянящий дурман.
О, дай мне минутку, восход — это счастье!
Глоточек хмельного, вот-вот полечу,
Поверьте, родные, примите участье,
Я, словно тот лебедь, по небу лечу.
Вот милая речка внизу расплескалась,
Как нежно ласкает своей бирюзой!
А запах черемухи той, что заспалась,
За горкой нет солнца, и воздух сырой.
О милое солнце, — вот детская радость!
Ты столь долгожданно бываешь порой,
Приди же скорее, небесная сладость,
Дай людям воспрять и подняться с душой.
МАСЛЕНИЦА
В зимней стуже прозябаем,
Затрещали уж бока,
Мы с блинами провожаем,
Приходи же к нам, весна!
Вот уж Масленица, правда,
Застоялые дворы,
Солнце — вот моя отрада,
В пляс идем мы без нужды.
Кони рвутся удалые
Под гармони перезвон,
Ой, несите, вороные!
Улетай, заклятый сон!
Ребятня на горке кружит,
Столб облизан, аж блестит,
Петухом ворона служит,
Попа красная горит.
Бабы под гармошку пляшут,
Сарафаны вон кружат,
Щеки свеклою намажут,
Носы сами вон горят.
А у церкви звон венчальный!
Купола взлетают ввысь!
Песнь поют, то звон прощальный,
Холод, стужа, отвяжись!
СУЕТА
Жизнь несется, шальная, по кочкам,
В суете — повседневность и чванство,
А народ порасползся по точкам,
Вон кругом беспробудное пьянство.
Стойте, люди! Одуматься надо!
Мы несемся в какую-то бездну,
Как бы всем нам не было досадно,
Станем грызть мы замерзшую землю.
Ой, Россия, гордыня, — очнися,
Тормози беспредел и безумье,
Ой, родная Отчизна, проснися,
Дай народу быть чуточку лучше!
Вон опять чехарда от тех партий,
Можно с ними в игре заиграться,
Да безумье творится от наций,
В президентах теряемся, братцы!
Как деревня — так царь и начальник,
Коль село — президент, и не меньше,
А лицо — как тот грязный паяльник,
Ой, Россия, как тошно и больно!
Что народ, да плевать, прозябает,
Лучше водки забрось побольше,
Дождь и слякоть печаль ту смывает,
Дай веселья и праздник похлеще.
Матерь Божья, глаза отведите,
Не смотрите на жуткие пляски,
Ой, родные мои, не кричите,
У друзей вон кругом чьи-то маски.
Мы в обличье двойном прозябаем,
Вон глаза, большинство их отводит,
Даже правду, и ту развенчаем,
Всех друзей и родных перессорим.
Милый Господи, дай нам проснуться,
Чтоб с утра жизнь начать по-другому,
Братцы, сильно хочу помолиться,
Дайте мне хоть сейчас повиниться!
НОВЫЙ ГОД — ПОРА ЖЕЛАНИЙ
Новый год — пора любых желаний,
Все как в детстве, в давние года,
Ой как хочется тех маминых объятий,
Милых рук, ласкающих всегда.
Ой как хочется проснуться самым первым,
И бегом под елку, как тогда,
Там подарок, он настолько милый, нежный,
Ну и что, коль детский, не беда.
Дед-мороз на антресолях запылился,
Чуть протерся, но настолько мне родной,
Вот и посох еле держит, отвалился,
Но не выкину, он милый, дорогой.
Дай хоть пыль, родной, слегка стряхну я,
Пусть на тумбочке стоит у головы,
Да, он старый, старый, но проснулся,
Он всегда старался выполнить мечты.
Новый год — начало новой жизни,
Дай, судьба, попробую начать,
И пускай звенит шампанское, — и брызги,
Как хочу я в детской сказке полетать!
Новый год — прощенье всех ошибок
И принятие несчитаных долгов,
И пускай судьба забудет тот отрывок,
Где мы нажили нежданных тех врагов.
И пускай салют гремит полночный, —
До утра мы точно не уснем,
И пускай приснится мамин образ, —
Пьем шампанское, романсы все поем.
МРАЧНАЯ ПЕЧАЛЬ
Парк опустел, качает ветви,
И холод — страшный, ледяной,
Спустились сумерки на плечи,
Ушел из жизни друг родной.
Как всюду мрачно, неуютно,
Но мамы нет, она ушла,
Она ушла так безвозвратно,
Остановилась жизнь моя.
Ушел из жизни самый близкий,
Прощай, кровиночка моя!
И дом теперь — совсем холодный,
А раньше голос слышал я.
Мне тяжело, что за проклятье,
Уж целый год — одни кресты,
О дай, Всевышний, покаянья
И уведи нас от беды.
Вот снова в парке у погоста
Брожу, покинутый душой,
Дубы качаются от ветра,
И скрип стоит над головой.
Как все жестоко, безрассудно,
Уж если честный — то больной,
А коль счастливый — то бездарно,
И бьют больного, он же свой.
ЛУННАЯ СОНАТА
Ползут вон сумерки на город,
Что парк во мраке утонул,
Зажглись огни, но жуткий холод,
На небе — звездный караул.
На Чистопрудном — оживленье,
Там, в ресторане, мне тепло,
А на веранде — угощенье,
Мы пьем глинтвейн, нам хорошо.
Луна в окно глаза таращит,
В тарелку лезет, стыд пропал,
Она весь вечер нам маячит,
Вот фортепиано заиграл.
Романс взлетел орлом небесным,
И я в дыму уже парю,
О вечер, милый мой, чудесный,
Соната льется, как в раю.
О братцы, дайте чарку виски,
Кровь закипела, что вино,
О братцы, дайте круг пошире,
Спляшу с девчонкой, вот взяло.
О как целует, обнимает!
Душа летает и кипит!
О как та юность зажигает!
Романс Есенина кружит!
При лунном свете повенчались,
Прекрасный вечер — я и ты,
И Бог свидетель, мы влюблялись,
Соната пела нам в ночи.
ВЕЛИКИЙ ПЕРЕДЕЛ
Ох, передел, ну где же точка, милый тот удел?
Где скрыто семя четырех веков и брани?
Оно сидит внутри и там чинит свой беспредел,
У каждого из нас там этой твари кроется по паре.
Ох, неужели семя кроется в заливе?
Так он же Финский, и миром был скреплен
на долгие века,
О Боже, если мы копнем чуть глубже и пошире,
И кто кому предъявит, — вот беда.
Да нет… Как раз-то кроется все в твари,
которая по паре,
А всем народам нужен мир и солнце за окном,
Которое там редко и в угаре,
А мы все копошимся в грязной таре за бугром.
Эх, Балтия, запуталась в веках!
И все чудит..., не зная где соринка,
Наверно, так и будет в ярлыках,
И с перекошенным лицом,
когда в своем глазу песчинка.
Покаяться всем надо — нам и вам,
Ой, сколько тех грехов у каждого на теле!
А тварь, так успокоить должен каждый сам,
Ой, сколько общего у нас на самом деле!
Наверно, горе нас объединит…
Всемирный тот потоп, о Боже, неужели?..
О как в душе тревожится, свербит!..
А мы любви и страсти все хотели.
МАРИЯ (МАРГАРИТА)
Мария, Вы, как милый ангел,
Мы ждем тот образ, как мечту,
В Вас есть интрига, есть загадка,
И ждем дыханье на ветру.
О как обманчиво виденье!
Я был уверен в чистоту,
Но Маша стала Маргаритой,
Летала ведьмой на пруду.
Ой, конъюнктура, популярность,
А где святое, принцип где?
Венера, что за фамильярность?
Вы дали облабызать себя везде.
Невинность, целомудренность пропала,
О как милы были черты!
Ну ладно бы Офелию сыграла,
Разбили Вы мои мечты.
Простите, образы прекрасны,
И мне хотелось наблюдать,
Но жаль, что действия циничны,
Зачем тот шабаш смаковать?
А может, та улыбка нечиста?
Да и глаза обманчиво нам лгали?
Но там же сатанинские дела,
Насколько все наивны, обласкали.
Цветок любви, и нежной той мечты,
О, сберегите лоно красоты!
О как прекрасны и милы,
И это только от любви!
УМНИКИ
От безысходности — тоскливо,
Где светлый путь — не вижу я,
От бескультурия — паршиво,
Боюсь, скачусь с катушек я.
Вот деградация маячит,
Укоренилась и ползет,
А на экране все судачат,
От политологов — понос.
Друзья, но только не изжога,
Попятно легче их ругать,
А от острот — лишь жди ожога,
Частушки все идут слагать.
И дайте Кремль, ни чуть не меньше,
Да и концерт часов на пять,
И пусть ведущий — в белом френче,
Язык по сцене намотать.
Россия, дай ты мне трибуну,
Начну на мир на весь вещать,
А то обижусь и уеду,
А на народ, так нам плевать.
Как пародист — так самый умный,
А если критик — звездочет,
Корреспондент — так он провидец,
А коль редактор — то король.
Ой, где культура, где тот разум?
Интеллигент..., и тот пропал,
Одни лишь умники маячат,
А на экране все — дурман.
ТАТУШКИ…
«Та-Ту» — о милые девчонки,
Дай Бог вам счастья и любви,
Ну что ж так коротки юбчонки?
Ой как опасно коротки!
Ну кто обидел вас, родные?
О сколько жести в тех глазах!
Пылите, словно озорные,
Зачем кричите просто так?
Во всем протест и только вызов,
Уже с рожденья крик стоит,
О дайте есть, тогда без взрывов,
И мать бегом почти летит.
Ну что за злость? Иль кто обидел?
Всего по жизни первый шаг,
Иль много звезд им кто повесил?
Болтает в небе словно стяг.
Что чуть блестит иль крик погромче,
То тот звезда — уже герой,
О жизнь, шепни же им потише
И излечи от хвори той.
Куда ни глянь — кругом все в звездах,
И плюнуть некуда совсем,
Как негодяй — так со звездою,
Летит по сцене, а зачем?
Попробуй обсудить культуру, страшно…
А страшно то, что пустота…
Малахов пробует, отрадно…
Ну сколько их, один иль два?..
Девчатам счастья дать бы больше,
Побольше мира и добра,
Ведь им рожать, а вот бы чаще,
Ведь скоро будет мать она…
О Боже, дай же разум детям,
Пусть будут счастливы всегда,
И дай им Бог, чтоб не болели,
А остальное — ерунда!
Прогресс, вольты, да ну их к черту!
В деревню, милые друзья,
От суеты, от звезд уеду,
Где колосится рожь моя.
Какое небо голубое,
В тумане нежится река,
И это — все мое, родное,
Любовь прекрасна и нужна.
Здесь нет ни фальши, ни обмана,
Здесь вольно дышится всегда,
Здесь нет гнетущего дурмана,
Здесь только в небе лишь звезда…
СЛЕПА
Слепа мамаша, вот дитя,
А крыша едет, вот судьба,
А дочка — шлюха, но права,
Она считает, что чиста.
Отец магнолии сорвал,
Он целый город обуздал,
Он души наши растерзал,
Он нас слепых обворовал.
Как можно корчить из себя,
Коль ты порочное дитя?
Смешно, в гламуре жизнь твоя,
И любишь только лишь себя.
Смешно, судьба — она придет,
Поверь, в слезах все разотрет,
Ну посмотри, ты ж идиот,
И наглость, ханжество — все прет.
«ДОМА»
Девчонки стыд вон потеряли,
Пиар по лезвию ножа,
Они в гламуре закопались,
А красота — то ерунда.
Корысть и деньги правят миром,
И лезет каждый в объектив,
А может, ты не вышел рылом,
В носу серьга, и ты — красив.
А на пошлятине — смакуют,
Вон грудью белки затрясли,
За грош вон телом все торгуют,
А за душой — лишь пузыри.
В разгуле, пьянстве утонули,
Перекосило Русь мою,
Кругом вон бизнес развернули,
Везде «фанера», но поют.
Культура нации все тлеет,
А мерзость лезет на экран,
В домах иллюзий грязно млеет,
Все строят «дом», а там — обман.
Вот благо окна все забиты,
А то пошлятиной так прет,
Мы все святое позабыли,
Вон мазохизм и похоть прет.
Побойтесь Бога, Христа ради,
И не чините беспредел,
Мы матерей своих предали,
Россия, где же твой удел?
КАК ХОЧЕТСЯ ДОБРА
Друзья, о, жизнь дана однажды,
Россия, милый сердцу уголок!
Живем и копошимся, как засранцы,
А мир настолько весь жесток.
Ну что за злость диктует миром?
В соседе видишь ты врага,
О, кто руководит великим пиром?
Идет кругом одна вражда.
О мир, очнись, ты тонешь в беспределе,
Ну почему, как собеседник — так и враг,
Ну что за злость, на самом деле,
Базар идет, а там пустяк.
Когда же мы друг другу скажем правду,
Да и в ответ увидим добрые глаза,
Не будем сыпать соль на рану,
Протянем руки, просто чтоб ушла беда.
Добра, добра, как хочется добра!
Ведь жизнь настолько скоротечна,
Уйди от нас, проклятая беда,
О жизнь, ну почему ты так беспечна?
Друзья, давайте улыбнемся мы в глаза,
О, дай вам счастья и добра,
Пусть будет мир и солнце светит вам всегда,
О, неужели это трудно, господа?
ПОХМЕЛЬНЫЙ АДРЕНАЛИН
В мандариновой ржавчине скулы,
Новый год просифонил затылок,
Горло сиплое, спущены струны,
И кошмары стоят от бутылок.
Засыпают народы в салатах,
От политики горло прорвало,
Заливаем рассвет на закатах,
А очнемся — уж крышу сорвало.
В меланхолии сопли развесил,
Бабы спьяну со мной надорвались,
Я лапшою все двери обвесил,
А намедни мы даже венчались.
Три недели мы глаз не смыкали,
Намахались рукой и мозгами,
Говорят, что и путч мы проспали,
Унитазы лишь только смывали.
А сейчас — как прорвало, поперло,
Загребаем совковой лопатой,
Правда, горло от вони все сперло,
Так, что уши заткнули мы ватой.
Эх, разлейся, душа моя, шире!
Целый месяц в предгорьях я ада,
Нет нас крепче, братишки, по силе,
Рвем плоды мы с запретного сада.
МОИ МАЛЬЧИШКИ
Боже, как года летят шальные!
Как вчера, гоняли голубей,
Школа, техникум, Афган, вот заводные,
Не могу сдержать своих коней.
Вот сейчас стою я у иконы
И молю за милых мне друзей,
Божья Матерь плачет, слышны стоны,
Без руки я, но уже привык без ней.
Кольку жалко, зарубили прямо ночью,
Он в палатке даже и не встал,
Я теперь учусь с его вон дочью,
В первый класс ходить я с нею стал.
Мужики, ой, как же это больно —
Хоронить друзей, а сам живой!
Жизнь прошла, вот это знаю точно,
Или тронусь я своей башкой.
Не хочу ни видеть и ни слышать,
В голове одно лишь все: «Вперед!»,
Ой, братва, ну как мне это выжить?
А в ушах — все стоны, кто зовет.
Вот сегодня снова у обрыва
Ветер рвет рубашку на груди,
Братцы, страшно, не хочу я срыва,
Здесь мальчишками гоняли мы в ночи.
Вон у дуба и ворота сохранились,
Правда, покосились и скрипят,
А вот гвоздь, я забивал его, крутились,
А теперь и нет моих ребят.
Как в футбол играли и бесились,
Ой, а голуби парили в синеве!
Небогато, но мы дружно очень жили,
Хлеб и соль делили без проблем.
Вспомните: площадками дружили
И на кухнях собирались в выходной,
Пили водку, в танцах мы кружили,
Ну и что, коль бегал я босой.
Так росли — одной большой семьею,
И вдруг все, оборвалось, — и темнота,
Ой, Всевышний, дай пожить с душою
И мальчишек ты прости, жизнь не права.
ШРАМЫ
Как вычеркнуть историю из жизни?
А если шрамы до сих пор кровят?
И нет роднее милой той Отчизны!
Она мне мать, и шрамы те болят.
Смоленщина, о сколько, милая, страдала!
Вот проволока колючая вросла,
Земля на поле вся в рубцах и язвах,
Она вон ковылем позаросла.
Куда ни кинешь взор — одни окопы,
А там, на сопке, те воронки, блиндажи,
Россия, гордая, ты сбросила оковы,
Но память о погибших только не сотри.
О будущее поколенье, встаньте!
Вы слышите, набат звенит по всей земле,
Да, это эхо памяти, о люди, встаньте!
Боль прошлых лет сидит во мне.
О милые, простите за сентиментальность,
Поверьте, плачу за свои грехи,
Как больно! Горе! Вся земля уж кровью пропиталась!
И там, в земле, лежат же наши деды и отцы.
Да ткните штык — и он упрется в кости,
О, неужели это можно позабыть?
А может, там непрошеные гости?
И как теперь ту память мне похоронить?
И что ни говори, но годы боль стирают,
Смотри, скинхеды завелись,
Вот душу русскую на клочья разрывают,
О Боже правый, ну хоть ты очнись!
Да что творится? Ценности перевернулись, ладно…
Но память, память, как ее распять?
Мы рядом, оглянитесь, все понятно…
И неужели стариков мы можем растоптать?
И больно, больно, очень больно,
За тех детей, за милых сыновей,
А память, память, очень осторожно,
Не трогайте ту боль отцов и матерей.
И плачь Смоленск, звоните колокольни!
И бей набат, но только не молчи!
Вставайте люди, постоим спокойно!
Потом, набат, опять кричи!
А дождик моросит, смывает боль страданий,
О плач, Всевышний, с нами поскорби
И пронесем мы эту память поколений,
Но дай мы постоим в тиши.
ЖИЗНЬ НЕПУТЕВАЯ
Жизнь кабацкая, залихватская,
Ты меня все несешь по ухабинам,
Жизнь фартовая и рисковая,
Ой, насколько ты все же жестокая!
Вот стою на коленях печальный я,
А на сердце — та рана тяжелая,
Вон и кровь течет ало-красная,
Ой, какая ты, жизнь, скоротечная!
Погулял же я, нагулялся так,
Что теперь остается лишь каяться,
Вот стою, Божья Матерь печальная
Все глядит мне в глаза, ненаглядная.
Грешен, милая и любимая,
Сколько близких людей разбежалося,
А теперь вот стою у иконы я
И молюсь, ой ты жизнь, вся беспечная!
Ну а времечко незаметное,
Так летит — не успеешь опомниться,
И родня вся давно захоронена,
Ой, а как прожить заново хочется!
Уже часто хожу я на кладбище,
Говорю все с родными и близкими,
А в душе та заноза беспечная,
Все терзает судьбу непутевую.
Вот опять все стою у иконы я,
И прошу Матерь Божью прислушаться,
Ой, родная, дай силы исправиться,
За грехи свои буду я каяться.
ГРЕШНОСТЬ
Вот стою я опять на коленях,
Божью Матерь молю о прощенье,
А иконы все плачут на стенах
За Россию, за наше мученье.
Дай прощенье за то, что я грешен,
Если скажешь — то с жизнью расстанусь,
Так случилось — друзей своих предал,
Я один, как отшельник, останусь.
Дай, родная, мне время исправить,
Если надо — я землю грызть стану,
А уйти разве можно заставить,
Это ж легче, чем выпить отраву.
Слабость — это как-то из предательств,
Ой, Всевышний, ну дай мне прощенье,
Помогать я всем ближним останусь
За всеобщее наше спасенье.
Я пойду защищать нашу землю,
Перед смертью глаза не закрою,
Я сольюсь с моей милою степью,
Я врата в рай народу открою.
И пускай даже если погибну,
Грех предательства свой я отмою,
За родную, за нашу Отчизну
Я все раны друзей успокою.
Грешность вся, провались ты в ту бездну,
Там, где нет ни людей, ни прощенья!
Замурую тебя я в ту стену,
Где Всевышний терпел все мученья.
ПРОСТИ!
Прости за то, что критикую,
Прости за грубые слова,
Прости за жизнь, люблю такую,
Прости что я лукавлю иногда.
Россия-матушка, родная!
Поверь, я искренне люблю!
Люблю такой, какая есть, — родная,
И никого я так не полюблю.
Прости, поверь мне, это правда,
Прости за все мои грехи,
Прости за легкомысленность, досадно,
Прости, что вся земля в крови.
О жизнь, ты тленна во вселенной,
И я всего лишь, таракан,
Но пыжусь и кричу порою с пеной,
А там кругом один дурман.
Прости, Россия, за родных и близких,
За Украину и Литву,
Прости за все мои ошибки,
Но только мир, родная, сохрани.
Прости мне, милая Отчизна,
За отчий дом, который я оставил вдалеке,
Прости, что и судьба капризна,
Порою недоволен, и ворчу я в тишине.
О любушка! О милая Россия!
Всевышний, дай же ей добра!
Дай солнца, счастья — в этом силы,
И в этом скрыта русская душа!
МЕЧТЫ
О братья, не ругайте меня строго,
Прости, Россия, за мои мечты,
Поверь, родная, очень одиноко,
И не ругайте коль правы.
Люблю, и пусть мне будет больно,
И кровь течет, и больно от любви,
Поверьте, милые, что мне спокойно,
Когда судьба поймала те мечты.
Пускай летят года, они необратимы,
Судьба вершит, и я подвержен ей,
Но те мечты — они неугасимы,
Мечта прекрасна, я стремлюсь за ней.
Мечты, Россия — ты прекрасна!
Любовь, попробуй устоять,
Мечты, мечты, как жизнь прекрасна!
Люблю тебя, Россия, моя мать!
НА НОВЫЙ ГОД В ДЕРЕВНЕ
А Новый год стучится мне в окошко,
Слегка я пьян и чуточку глумлю,
А стол трещит, и ломится лукошко,
Я в отчий дом приехал и гощу.
Мы, как всегда, у мамы все собрались,
Вон часть родни в гостиной на полу,
Мы, как и прежде, все объединились,
Чуть тесновато, но зато я не грущу.
Луна в окно глазастая все лезет,
Под Новый год морозец придавил,
А младший брат, как прежде, куролесит,
Пошел к соседке, да там на ночь загостил.
А я лежу, под утро мне не спится,
Цепляют мысли, годы все летят,
А в доме пахнет вкусно пирогами,
Те руки нежные лелеют и скрипят.
Ой, запах печки, как же он дурманит!
Уж сколько лет он память бередит,
Уж потрещала вон, коптит, но согревает,
И эта память глубоко сидит.
Любовь моя, вон так и не ложилась,
Так до утра с сестрою и сидит,
Чаи гоняют, вот и заболтались,
Мой милый ангел, мамочка, не спит.
Ну отдохни часочек хоть, родная,
Глаза слипаются, все будет впереди,
Мы на недельку все собрались, дорогая,
Наговоримся, счастье, не спеши.
МГНОВЕНЬЕ
Прости меня, о Господи, помилуй!
Россия вся в черемухе цветет!
А мир такой немножечко унылый,
Шальной несет, несет круговорот.
Россия, мама, милая, родная!
Судьба, останься с милою рекой,
Вот отчий дом и хата, та, что с краю,
И то, что ива надломилась над водой.
Как шепчут волны, чтото все бормочут,
Опять ласкают, чуточку ворчат,
Они с моей душой так до сих пор страдают,
А годы рвутся и куда-то все спешат.
Мгновенье, вот оно, мое виденье!
Прости, Господь, и сохрани,
Уйдите прочь, о грязь и приведенье,
Прости, судьба, о милая, прости!
КРУПНЫЙ СНЕГ
Вот Чистые пруды, и вальс, что мы кружимся,
Каток уж опустел, и валит крупный снег,
И мы почти одни, шампанское искрится,
Сверкают фонари, и валит, валит снег.
А стрелки на часах зависли на двенадцать,
В домах тепло, куранты бьют салют,
А нам с тобой давно, давно не восемнадцать,
Но милые сердца нас греют и поют.
Вот Новый год, и мы на Чистопрудном,
Здесь, на катке, тебя увидел я,
Тот старый Новый год, он в вальсе белом, чистом,
И в нежном танце я кружил тебя.
Все как тогда, но двадцать лет промчались,
Но этот снежный вальс всегда в моей душе,
Зачем Париж и Канны? Мы умчались,
На Чистые пруды, где снег кружится на катке.
Снежинки ласково ложатся нам на плечи,
И ты мне шепчешь, что-то говоришь,
Любовь жива, она горит, как свечи,
Но иногда ты чуточку ворчишь.
Года летят, а крупный снег кружится,
И мы немолоды, но верность ту храним,
Бокалы полные, шампанское искрится,
Уходит снова год, и мы слегка грустим.
Любовь жива, о милый Чистопрудный,
Играет вальс, и молодежь кружит,
А нежный снег — он крупный, белый, чистый,
И пусть летят года, а вальс пускай кружит.
ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ У ЕЛЕНСКОГО В.
Второго у Валеры день рожденье,
И у Еленских ломятся столы,
В «Узбекистане» празднуем. Веселье.
Официантки оголили животы.
Палько и Дмитриев — с утра уже смакуют,
Шампанское искрится, и льется через край,
«Узбекистан» гудит, с друзьями мы буксуем,
Какие чебуреки, о братцы, налетай!
Вчерашний Новый год легонечко дурманит,
Рубашку новую я еле застегнул,
Желудок полный, и мы опять гурманим,
Но от веселья хорошо, и я в нем утонул.
О как девчата милые танцуют!
Я без жены, глазами всех проел,
Вот танец живота, и попками так крутят,
А грудь как пышет, братцы, я бедный улетел!
Глаза узбечки — огненные стрелы,
А тело юное и сладкое, как мед,
Сорочка в шелке и они раздеты,
От этих складочек растаял белый снег.
СВЕЖЕСТЬ
Дай прикоснуться, Родина, родная,
Поймать глоток той утренней зари,
Дай насладиться, дай мне рая,
Дай зорьки красной чистоты!
Пропал, ребята, снова я летаю,
Пропал, Россия, милый отчий рай!
Я за тобой, любимая, летаю,
Какой же ты прелестный, милый край!
Дом отчий где-то постаревший,
Но он настолько мне родной,
А я скриплю, и где-то поседевший,
Но до последних дней он будет дорогой.
Меня за слюни где-то критикуют,
Россия, милый отчий рай!
Но я, как голубь, тот, что все воркует,
Парю, люблю я этот отчий край.
Взлетаю к солнцу, как оно прекрасно!
Какая свежесть, просто красота!
Люблю и веселюсь, отрадно,
Как все прекрасно, жизнь моя мила!
ТАМ ХОРОШО
Уходит год, и мне немного грустно:
Да, были и невзгоды, ну и что,
Но он уходит, и поэтому мне грустно,
Там жизнь текла, и мне там хорошо.
Вот пять минут — и будет бой курантов,
Мы, как всегда, сидим уж за столом,
А вот и Путин, поздравляет россиян он,
И звон бокалов, и шампанское ручьем.
Мне жаль, что жизнь течет неумолимо,
Проходит год, и я опять грущу,
Но это, к сожаленью, все необратимо,
И как мне кажется, но я вперед иду.
О как искрит шампанское, — летаю!
И вот он, Новый год, мои друзья,
И мы кружимся в новогоднем вальсе, — я летаю,
О как же ты прекрасна, милая земля!
Вот Новый год и новые желанья,
Немного переел и чуточку я пьян,
Но мне легко от этого веселья,
О как прекрасна жизнь, и пусть я буду пьян!
ТЕРПКИЙ ЛАЙМ
О, лайма терпкий вкус меня дурманит,
И мне плевать на то, что я глумлю,
С утра шампанское, о милое, как манит!
А от калины горькой нос я ворочу.
Второе января, народ еще в угаре,
Как любим погулять, и душу отвести!
А у детишек праздники в разгаре,
Попробуй елки за неделю обойти!
Каток на Красной площади, сверкает,
Горят огни, и в вальсе мы кружим,
Святое место умиляет, вдохновляет,
Мы без шампанского в любви своей летим.
О как прекрасно! Жизнью дорожите!
Вот Новый год, и счастье через край,
Родных и близких только берегите,
И вы поймете, что вокруг и есть тот рай.
А, лайма вкус бодрит и освежает,
Настойка терпкая немножечко пьянит,
А милый друг мне кофе наливает,
Она всегда с лучами света уж шуршит.
ДРУГ
Мне тяжело, но жизнь необратима,
Все крутит, вертит ржавый маховик,
И жизнь, я знаю, чуточку капризна,
Но я ищу, ищу родной родник.
О как же надоели эти сплетни,
Где каждый корчит, строит из себя!
А к горлу лезут, душат эти звери,
О братцы, где же вы, друзья?
Где доброта, где чувства, вдохновенье?
Друзья, я с вами, как всегда,
О как же хочется везенья,
Ну подари глоточек счастья и добра.
Друзья, о дайте наслажденья,
Руки, плеча, и дружеский укор,
О как хочу с тобой, с родным, похмелья,
Дай опереться, где же тот упор?
Прости за то, что не прощен,
Прости, мой друг, что был не прав я,
Прости за тот хмельной укор,
Прости, родной и дай нам счастья!
НОВОГОДНЕЕ СЧАСТЬЕ
Новый год, я радуюсь подаркам,
Как ребенок, бой курантов жду,
Мне полтинник скоро за плечами,
На руках я маму уж ношу.
Как мальчишка, счастлив от игрушек,
До сих пор под елку все смотрю,
Хоть и сам дарю давно бирюльки,
Вот и внуков на руках ращу.
Этот праздник — самый, самый, самый,
Запах елки, апельсины и икра,
А с утра — шампанское и трели,
Слуха нет, но все поем мы, как всегда.
А в двенадцать — как звенят бокалы!
Да и Путин для народа стал родным,
Выступленья ждем уже как манны,
Со двора несется голос детворы.
Ой, салют, а радости — без края!
Визг стоит, и сутками палят,
Много ль надо, милые, для счастья?
Лишь бы визг и игры у ребят.
Мама утку греет нам на утро,
От холодного чуть запах чеснока,
Ну а что, родные, еще нужно?
Только б не была проклятая война.
Новый год, загадывай желанье,
Точно знаю, сбудется оно,
Счастья всем нам в дом — вот пожеланье,
Счастье, счастье милое мое…
РОССИЯ
О мать, о милая Россия!
Бегу чуть мокрый, замочился от росы,
О Русь, любимая стихия!
Душа моя, о милые черты!
Поверь, люблю настолько откровенно,
Без всякой фальши — нет! — и даже лжи,
Люблю тебя, и даже бескорыстно,
Лишь за доверчивость прости.
Прости за то, что я влюбленный,
Цвету, в черемухе кружусь,
Поверь, что от души той, возбужденный,
Мальчишкой я взъерошенным кажусь.
Россия, милая Россия!
О как кричат те журавли!
О Русь, о милая стихия!
Люблю я вас, о милые черты!
Россия, любушка, родная!
Пускай горит и пахнет та стерня,
Дороги, жизнь моя лихая,
О, не разбейся, милая стезя!
РВОТА
Я запутался по жизни,
Не пойму — друзья, враги,
Все смешалось — как в той книге,
Только я-то наяву.
Бог и дьявол — вперемежку,
Сатана — любимый друг,
Ужас — вот мы начитались,
Ведьмы пляшут, стали в круг.
На пошлятину так тянет,
Что за жажда? — не пойму,
В пропасть за собою манит,
Ой, я по миру пойду!
Что за строчка все ложится
Под проклятое перо,
Я как мастер — удушился б,
Где ж разумное зерно?
Дьявол правит этим миром,
Коль народ на рвоту шлет,
Знать, потребность с этим пиром
Вот напиться, кровь течет.
Ну куда ты, мразь, все лезешь,
К душам детским все ползешь?
Вот с дозором ты залезешь,
Кровь ты юную сосешь.
Посмотри, кругом же зелень,
Зелень, зелень, мелюзга,
На ботве героев лепят,
Вон кругом — одна братва.
Эх, культура, мать родная!
Строчка — в жизни сатана,
Молодежь — вот жизнь шальная,
Не спеши бежать туда.
ПРОШЛЫЕ ОШИБКИ
О как не любим признавать ошибки!
Еще сложнее — их прощать,
В своей судьбе ведем поминки,
Идем вслепую выбирать.
Россия, умная гордыня!
Хоть и большая ты страна,
Закон ведь для людей, тогда святыня,
И жизнь у нас с тобой одна.
Господь, о что там до амбиций?
Судьба же раз один дана,
Ведь посмотри — в глазах искрится,
В душе согласен до конца.
Но коль готов — иди же с миром,
Неси свой крест уж до конца,
Не искушай в святом и чистом,
В тебе есть сила, глубина!
Прости, коль мы порой не правы,
Но все отлажено, друзья,
Ну что за гордость, что за нравы?
Мы вновь хотим пытать себя.
Да, каждый сам себе хозяин,
Но мы хотим получше жить,
А мир так хрупок да изранен,
И как ошибки исключить?
Господь! О дай благоразумья!
Дай разума России расцвести!
Мы угасали от удушья,
О милый Господи, спаси!
ЗВЕРИ
Боже, звери лезут к сцене,
Это даже не смешно,
Корчат бездари в гламуре,
МУЗ ТВ — одно кино.
Неужели вот ослепли?
За бабло все продают,
Матерь Божья, одурели,
Как таким эфир дают?
Что за крайности в той жизни?
Дай свободу — нет, орут,
А политики притихли,
Видно, деньги впрямь несут.
Ладно, черт с ней, с фонограммой,
Ну а пики, что идут?
Завтра сядут нам на шею,
Им плевать, давай салют.
Господа, побойтесь Бога,
Звери к горлу подошли,
Мы же с вами у порога,
Тьма кромешная в ночи.
Ладно, мы глаза прикроем,
Уши все равно гудят,
Ну а глотку не закроешь,
Чем тогда начнем дышать?
Стой, зараза, гниль и пакость,
Дай культуры чуть сберечь!
Ох как горько будем плакать!
Не давай заразе лечь.
Ляжет точно в метастазы,
Ящик лучше не смотреть,
Сколько той кругом заразы,
Принимай же, дьявол, смерть!
СУДЬБА ВЕСТИ
Ну что поделать, коль так вышло,
Судьба доверила вести,
Вести туда, где свет и чисто,
О как же тяжело нести!
Нести тот груз, который тянет,
И как там дров не наломать,
А бездна — бездна, она манит,
И за людей тебе страдать.
Судьба, так в жизни все случилось,
Но полпути уже прошел,
И посмотри — все получилось,
И поезд с рельсов не сошел.
Россия, сколь противоречий!
И что мы корчим из себя,
И нас несет средь междометий,
Седьмой уж год мы рвем тебя.
А мелкота — она, как моськи,
Уже на горле вон висят,
А хлыст стегает от той плети,
О как же раны те кровят!
Уже преемника мусолим,
Готовы в душу мы залезть,
Зверье, да мы себя хороним,
Ошибок этих нам не счесть.
Вот идеалы, совершенство,
Но я же к рамкам не зову,
Зову я к разуму, и только,
Ну коль везет — вези мечту!
ТЕБЕ
Тебе нести тот крест тяжелый
Отмерил Бог на новый век,
А путь тернистый и нелегкий,
О как летишь ты, словно стерх!
Вести Россию в бой за правду
Тебе отмерено судьбой,
Не дай же Бог тебе отраву,
Ты заслужил, чтоб быть живой.
Как хочется восхода солнца,
И неба синего всегда,
И если можно, больше света,
И чтобы мама не ждала!
Чтоб все родные были рядом,
И в отчем доме — вечно смех,
А ты лети, журавль, над домом,
Ты гордый, смелый русский стерх!
Тебе, родной, дана Россия,
На алтаре ее судьба,
Она, как и твоя стихия,
Вершит великие дела.
О дай же Бог побольше силы,
Чтоб мудрость рядышком была,
И братья не тянули б жилы,
А были б начеку всегда.
Прими решенье, стань героем!
Россия ждет тебя, поверь!
И люди смотрят все с укором,
Открой же им святую дверь!